Каналы работают по всей стране
EFT, RTC и PayShap доходят до любого южноафриканского счёта, откуда бы ни отправили поручение. Отсечка у банка — это часы, а не карта.
С клиентами из Йоханнесбурга деск работает каждую неделю. Офиса, куда заходят с улицы, в Гаутенге нет. Эта страница говорит, что это значит, как собирается встреча, если она вам нужна, и почему удалённая сделка идёт ровно так же. Речь про южноафриканский рынок.
Постоянного офиса Conexus в Йоханнесбурге нет. Дилинговая комната одна, она в Кейптауне, и в неё можно войти. Всё в Гаутенге либо ведётся удалённо, либо собирается как встреча по записи. Лучше сказать это на первом экране, чем дать вам доехать до адреса сервисного офиса.
OTC-деск в Йоханнесбурге легко рекламировать и трудно им быть. Почтовый ящик или хот-деск в Сэндтоне стоит копейки и даёт престижный адрес под логотип. Так делают многие, и адрес на сайте — комната, в которой никто из них не сидел.
Проблема в том, чему это учит. Если считать опубликованный адрес доказательством, следующий сайт получит доверие, за которое не платил. И деск, который уедет с биткоином клиента, будет выглядеть точно так же, как деск, который не уедет. Адрес чего-то стоит, только если по нему можно приехать и найти тех, кто вас котировал.
Поэтому одна комната, в Кейптауне: дверь, трейдеры, экраны — всё описано на странице офиса в Кейптауне. Гаутенг получает тот же деск, без имитации филиала. Если компания говорит про офисы в пяти городах, спросите, в каком из них её трейдеры сядут завтра утром.
Клиенту в Гаутенге нужен не холл. Нужен человек с именем, который отвечает. Твёрдый курс письменно до того, как что-то двинулось. Деньги на нужном счёте в нужный день. Документы, которые переживут встречу с аудитором или SARS. Индекс Сэндтона для этого не требуется.
Ничего не импровизируется. У встречи есть трейдер с именем, подтверждённый адрес и время, а подтверждают её по каналу, который начали вы, до того как кто-то поехал.
Напишите на деск в WhatsApp, Telegram, почтой или через форму: актив, направление, объём и почему вам важна личная встреча. Большинству сделок в Гаутенге она не нужна. Первому восьмизначному тикету или корпоративному мандату с несколькими подписантами — обычно нужна.
В тот же деньПроверка клиента завершается до назначения встречи, а не за столом. Документы приходят электронно, личность подтверждают по видеосвязи, где оригинал показывают вживую. Тогда встреча идёт про сделку, а не про бумаги.
Обычно в тот же деньВам называют имя трейдера, который приедет. Место — ваша переговорная, офис вашего юриста или бухгалтера либо снятая под это комната. Предложение приходит письменно и всегда указывает место с ресепшеном и записью посетителей. В парковках, кофейнях и лобби отелей мы не встречаемся.
Обычно несколько рабочих днейДо поездки позвоните на опубликованный номер деска и спросите, настоящие ли встреча, трейдер и место. Этот шаг и ломает подделку. Пусть он повторяется каждый раз — это дешевле, чем поверить письму в почте.
Две минутыТвёрдая котировка письменно, тестовый перевод перед крупной суммой, криптоплечо из своего кошелька и со своего устройства, рэнды на ваш счёт с двойной авторизацией и письменным подтверждением следом.
В тот же рабочий деньЮжноафриканские расчётные каналы работают по всей стране. Сделка из Йоханнесбурга приходит в тот же день из-за банковской инфраструктуры, а не из-за географии.
EFT, RTC и PayShap доходят до любого южноафриканского счёта, откуда бы ни отправили поручение. Отсечка у банка — это часы, а не карта.
Проверенная личность, расчёт только на счёт на имя клиента, никаких платежей третьим лицам, тестовый перевод перед крупной суммой и двойная авторизация на каждом исходящем платеже.
То же письменное подтверждение: референс, актив, сеть, курс, брутто и нетто. Именно этот документ спросит бухгалтер или аудитор, и на него опирается ваша позиция перед SARS.
Заявки из Гаутенга обычно четырёх видов. Компания, чей поставщик выставляет счета в USDT, а рэнды нужны на операционном счёте. Казначейский остаток, который надо конвертировать и свести для аудиторов. Частный клиент, продающий позицию, собранную за годы. Человек, который переезжает с криптоактивами и не знает, где начинается и заканчивается южноафриканский валютный контроль. Эти случаи разобраны на страницах бизнеса и казначейства, частных клиентов и международных расчётов.
Одно стоит повторить именно для Гаутенга, потому что здесь спрашивают чаще всего. Покупка криптоактивов в ЮАР ради вывода капитала за рубеж нарушает Exchange Control Regulations — это уголовное преступление. SARB Financial Surveillance не одобряет трансграничные переводы для покупки криптоактивов. Ввести стоимость в страну через крипту в рамках лимитов тоже нельзя. Деск не помогает ни с одной версией этого, как бы её ни называли.
Любую встречу в Йоханнесбурге подтверждайте сами, до поездки, звонком на номер с этого сайта.
Позвоните на +27 76 560 1228 — на номер с этого сайта, а не на присланный вам — и спросите, настоящие ли встреча и человек. Трейдер Conexus никогда не попросит привезти наличные, никогда не спросит seed-фразу или приватный ключ и никогда не попросит отправить деньги на кошелёк или счёт, присланный в переписке. Полный список того, чего мы не делаем, — на странице проверки каналов.
Нет. У Conexus одна постоянная дилинговая комната, и она в Кейптауне. Йоханнесбург обслуживается удалённо, встречи собираются по одной, когда клиент этого хочет. Сервисный адрес или почтовый ящик в Сэндтоне смотрелся бы на сайте лучше и не сообщал бы вам ничего правдивого. Поэтому его нет.
Ровно как из Кейптауна, минус дорога. Заявка, онбординг, твёрдая котировка письменно, вы отправляете криптоплечо из своего кошелька, рэнды приходят на ваш счёт по EFT, RTC или PayShap в тот же рабочий день. Каналы национальные: платёж на счёт в Сэндтоне проходит так же, как на счёт в Рондебоше.
Да, по договорённости. Трейдер выезжает на встречи, которые оправдывают поездку, либо встреча идёт в офисе вашего юриста или бухгалтера, в вашей переговорной или в снятой под это комнате. У встречи есть человек с именем, названный адрес и подтверждённое время, и до поездки её подтверждают по официальным каналам.
Нет. Никогда. Деск рассчитывается только банковским переводом, и ни один трейдер Conexus не приедет передавать или забирать наличные — на любую сумму и в любом месте. Кто предлагает встречу с наличными в Йоханнесбурге под нашим именем, тот не мы. Остановитесь и откройте страницу официальных каналов.
Контроли одинаковые: проверенная личность, твёрдая котировка письменно, тестовый перевод перед крупной суммой, расчёт только на счёт на имя клиента, двойная авторизация на исходящем платеже. Личная встреча добавляет уверенности, а не безопасности. Нужна эта уверенность на первом крупном тикете — возьмите её: приезжайте в Кейптаун или соберите встречу в Гаутенге.
Со всеми, и с остальной ЮАР тоже. Клиентов из Йоханнесбурга, Сэндтона, Роузбэнка, Брайанстона, Форуэйс, Мидранда, Сентуриона и Претории онбордят и рассчитывают удалённо. Встречи собирают там, где это удобно обеим сторонам.
Единственный адрес, куда можно войти: маршрут, парковка и что происходит за столом.
EFT, RTC и PayShap, банковские отсечки и что на самом деле значит «в тот же рабочий день».
Точный номер, ник и домен — и то, чего Conexus никогда у вас не попросит.
Пришлите актив, направление и объём. Получите трейдера с именем, твёрдый курс письменно и рэнды на свой счёт в тот же рабочий день — со встречей или без неё.